Рассказы, заметки, стихи

Бывает, я пишу небольшие рассказы. Иногда это реальные случаи из жизни, впечатления и мысли на тему увиденного или прочитанного, иногда — более отвлечённые сочинения. Пока рассказов отобрано немного, все уместились на одной странице.

Старожил

Упражнение по развитию речи

Жил на свете старожил,
старый старожил.
Всё на свете сторожил
старый старожил.

Жил, служил и сторожил
старый старожил.
Всех на свете пережил
старый старожил.

2007

Рассказ о вóроне

Этот немного странный по форме и содержанию текст написан по определённым принципам; надеюсь, вы без труда их поймёте.

PACCKA3 O BOPOHE
MOPO3HO, TPECK, BOET BETEP - OX, KAK MEP3KO! BOPOH B CTAPOM CAPAE 3AKPOET OKHO, HOC B BATE. HO HACTAET BECHA-KPACHA, 3A OKHOM TAET, TETKA 3OBET KOTA. A B CAPAE-TO COBCEM HET CEHA, 3EPHA - BOT TOCKA! HO BOPOH 3HAET: B CAPAE TPABA HE PACTET. BOPOH HA 3APE - K PEKE. TAM TPABA, BCEM KOPMA XBATAET. A BOT TPAKTOP OBEC CEET, CKOPEE 3A TPAKTOPOM! TEMHEET. BOPOH CHOBA - B OKHO B CAPAE, TAM B TEMHOTE KOT HE 3ACTAHET.

28.03.2006

Про Анну Каренину

Зарисовки с натуры

Вчера часов в 11 вечера я возвращался домой на метро. На Баррикадной свободных мест, чтобы присесть, не было, я встал у одного из поручней со стороны закрытых дверей и начал читать книжку (по детской психологии, меня время от времени интересуют отдельные моменты развития ребёнка и стадии его «социализации», но дело не в этом). В какой-то момент обратил внимание, что напротив меня у другого поручня стоит женщина лет 40 или, может, чуть старше, и читает книгу «Анна Каренина». Женщина вроде замужняя, не сказать, что красавица, но выглядит довольно хорошо. Книга была в твёрдой синей обложке, заметно, что не новая, и оформлена так, как печатали в 70-е — 80-е годы. Место, которое она читала, было близко к концу книги, оставалось где-то страниц 20-25. В общем, ничего особенного, в метро у нас многие читают журналы и книги, особенно малоформатные в мягкой обложке, хотя эта книга была не такой.

Вдруг я поймал себя на мысли, что «Анну Каренину» так просто не читают. Наверно, у этой женщины серьёзные личные проблемы и она взяла роман Толстого, чтобы получить какую-то эмоциональную поддержку, потому что больше оказать её некому. Ладно, продолжаю читать свою книжку. Проезжаем ещё одну станцию, поднимаю глаза — женщина читает внимательно, перелистывает страницу, перекладывает закладку, по сторонам не смотрит. А вдруг она сейчас в состоянии депрессии, и её вдохновит пример главной героини? И ведь читать-то ей осталось совсем немного, через 20 страниц она закончит роман и... В городских новостях в разделе «происшествия» появится очередная заметка о несчастном случае? Может, сказать ей что-нибудь, чтобы она не воспринимала личные проблемы так драматически...

И тут ещё раз поймал себя на мысли, что у меня какой-то неправильный подход, позиция какая-то предвзятая. А с чего это я решил, что у неё глубокая депрессия? По выражению лица это как-то не очень заметно, оно спокойное, краска на ресницах не текла. Может, это преподаватель литературы и она читает книгу из домашней библиотеки, чтобы освежить её в памяти перед очередными занятиями? Или просто не читала роман, учась в школе (в моё время он тоже был в факультативном списке), а теперь, когда есть возможность, решила восполнить пробел? Гораздо лучше читать Льва Толстого, чем очередной детектив про «ментов» и «новых русских». Интеллигентный человек передо мной стоит, а я этого не понимаю.

Доехали до Щукинской, я убрал свою книжку в карман куртки, женщина положила роман в сумку, мы вышли из вагона и разошлись по платформе в разные стороны...

28.02.2004

Подражание Велимиру Хлебникову

Доброе добро добро добрило добрейшего добряка.
Злая злость зло злила злейшую злюку.
Тупая тупость тупо тупила тупейшего тупицу.
Глупая глупость глупо глупила глупейшего глупца.
Старая старость старо старила старейшего старца.
Молодая молодость молодо молодила молодейшего молодца.
Подлая подлость подло подлила подлейшего подлеца.
Хитрая хитрость хитро хитрила хитрейшего хитреца.
Гордая гордость гордо гордила гордейшего гордеца.
Мудрая мудрость мудро мудрила мудрейшего мудреца.
Ленивая леность лениво ленила ленивейшего ленивца.
Любимая любовь любо любила любимейшего любимца.

14.02.2004

Перевод на тему романа Дж. Толкина

эпизод из конца 1 книги трилогии «Властелин колец»

The River Edge
Ms Underhill from Imladris

Alone I stand upon the shore
My heart lies breaking in my breast,
My tears fall hot upon my cheeks,
For nevermore I'll spend my life
Within the land I loathe to part.

Alone I stand at river's edge.
The path I take, I take alone
For no one I will ask to go
To nothing less than death.

I live behind my friends, so dear.
True friends whose lives I will not risk.
I'll go alone into the dark
And struggle on in spite my fear,
And in the dark alone I strive
To do the task assigned to me.
For I alone can end the fear.

And so I stand upon the shore.
My death within my hand.

У берега реки
перевёл Ярослав Чеботарёв

Стою один на берегу.
На сердце боль, горят глаза,
жжёт щёку горькая слеза...
Земля, где жизнь прошла моя, —
с тобой навек прощаюсь я.

Стою один на берегу.
Я выбрал путь, и мне идти.
Хоть смерть видна в конце пути,
сомненья в прошлом. Я смогу.

Мои прекрасные друзья,
нет сил навлечь на вас беду!
Вперёд лишь я один пойду.
Борясь со страхом и со тьмой,
идти внутри страны чужой
и сделать, что решил Совет, —
таков мой путь, иного нет.

Вот лодка. Кровь стучит в висках.
И жизнь, и смерть — в моих руках.

03.04.2002

 

Deus ex machina

О романе Ника Перумова

Вчера в книжном магазине "Москва" на Тверской увидел объявление, что 23 мая в магазине писатель Ник Перумов будет представлять свою новую книгу (название точно не помню, что-то фантазийное, связанное с магами). Я сразу вспомнил трилогию Перумова, которую читал где-то год назад, трилогия эта была представлена как "свободное продолжение" книги "Властелин колец" Дж. Толкина. Вообще, дописывание продолжений более или менее известных произведений за авторов — приём не единичный, можно вспомнить продолжение "Унесённых ветром" — "Скарлетт", продолжение второго тома "Мёртвых душ", или может быть, самое удачное из продолжений, что я читал — роман "1985" как второй том известной антиутопии Дж. Оруэлла "1984". Ситуация с Перумовым, однако, другая.

Надо сказать, что и "Властелин колец", на мой взгляд, один из самых мрачных романов Толкина. Живущие в отрыве от окружающего мира в своей стране, словно на острове, хоббиты; странные события на севере континента, заставляющие вспомнить скандинавскую мифологию, безумный Саурон в башне в столице своего мрачного государства, мечтающий о мировом господстве, предатель Саруман в западной стране, южнее Шира, сопротивление чёрному войску, оккупация западных земель, сражение на Пеленнорских полях и земля за океаном, куда уплывают и откуда не возвращаются... Всё это, даже сильно перемешанное со средневековой магией, сказочными эльфами и гномами, с одной стороны, и Black Knight-ами, с другой, volens nolens отображается на реальные исторические события в Европе 40-х годов 20 века. Собственно, роман и был написан сразу после и под значительным впечатлением от Второй мировой войны, и даже его относительно благополучный финал трудно считать оптимистическим.

Какое же продолжение написал Перумов? По моему общему впечатлению, этот роман в 3 книгах пронизан ощущением надвигающейся вселенской катастрофы, причём совершенно неотвратимой и не поддающейся рациональному объяснению. По запрограммированности, и главное, бессмысленности событий Перумов оставил намного позади Толкина и вплотную приблизился к Оруэллу, но в отличие от "1984", события в трилогии трудно спроецировать на мировую историю последнего времени, даже воображаемую. Мне не хочется пересказывать роман, я не литературный критик, но он подавляет во-первых, своей иррациональностью (отчасти сохраняя рациональность в "микромасштабе", на уровне сиюминутных событий, происходящих с героями). А во-вторых, использованием приёма deus ex machina: на каждом следующем витке сценария в события вмешиваются всё более могущественные силы, появление (а зачастую и само существование) которых в предыдущие периоды трудно было и предположить. В результате всё, происходившее "до", как бы лишается значения и обесценивается, а происходящее "после" становится фатальным ходом мировой истории, в которой действия героев столь же фатальны. Deus ex machina появляется несколько раз, и в финале мы становимся свидетелями событий такого космического масштаба, что даже не ясно, в какой вселенской цивилизации это могло произойти. О мрачности финала, полагаю, может сказать каждый прочитавший эту трилогию...

21.05.2000